Год театра Напишите нам На главную

Афиша   Приобретение билетов   Спектакли   Труппа   Руководство   Новости   Пресса о театре  
Документация   Партнеры   О театре   Услуги   Контакты  
Версия страницы для слабовидящих
Купить Ларису

Первый спектакль нового режиссера Томского театра драмы Александра Огарева интриговал еще на стадии постановки. Афишей, на которой изображена обнаженная девушка с баяном. Новым названием «Лариса и купцы», которое публика сразу переделала в - «Лариса и ее мужчины». И, наконец, неожиданным жанром – русский вестерн.

Импонировало желание режиссера провести в этом спектакле параллели с купеческой частью истории нашего города: «Томск – город купеческий в части своей истории. При этом понятие «купцы» для меня ассоциируется не только с торгашеством и зажиточным образом жизни, но и со свойством русских богатых людей тратить деньги на прекрасное, на искусство, на собирательство. Кстати и первые томские театральные здания строились купцами. Лариса представляется городской достопримечательностью: образованная открытая девушка, вокруг которой крутятся мужчины, имеющие интерес к внутреннему богатству женщины. По их представлениям в Ларису стоит вкладывать деньги…»

Спектакль начинается с кинофильма. А точнее - с двух. В первом, немом, транслирующемся, пока зрители рассаживаются по своим местам два главных режиссера Томской драмы – бывший Сергей Куликовский и нынешний Александр Огарев мирно беседуют за чашками чая. Этакий кинопролог к первой томской работе Огарева, которая тоже начинается с кинокадров. Из окна открывается взгляд на центральный проспект Томска и звучит знакомое: «Посиди за самоваром поплотнее, поглотай часа два кипятку, так узнаешь. После шестого пота она, первая-то тоска, подступает... Расстанутся с чаем и выползут на бульвар раздышаться да разгуляться…»

А вот и сами купцы солидный, важный Мокий Парменыч Кнуров (артист Геннадий Поляков) и элегантный, ироничный Василий Данилыч Вожеватов (артист Данила Дейкун) прохаживаются уже не по проспекту Ленина, а по сцене театра драмы. Прохаживаются вдоль огромного зеленого забора из сайдинга. Этот забор закрывает весь мир, простор, живую реку – все, где протекает настоящая жизнь. И все первое действие хочется встать, взбежать на сцену и заглянуть за этот забор, хотя бы в щелочку, потому что кажется, что именно за ним происходит все самое интересное. Затем в этом заборе появятся окошки и дверцы, и он превратится в квартиру Огудаловых (бедную, но с претензией на изыск), жилье Карандышева и, наконец, забор откроются совсем, но за ним окажется не чудесная живая река, а тьма и жутковатая металлическая конструкция – то ли железная паутина, то ли дьявольское колесо обозрения (художник Николай Чернышев).

Спектакль разворачивается словно бы в разных плоскостях. Трагедия переходит в фарс, драма сменяется абсурдом. Обычное и даже скучноватое существование героев пьесы вдруг оборачивается жутковатой фантасмагорией. Удивительна и непривычна Лариса Огудалова в исполнении Александрины Мерецкой. Она предстает перед зрителями совершенно разной. Это и

совсем юная очаровательная девочка, и пребывающая во власти романтических грез девушка, и без ума влюбленная женщина, и искусительница, осознающая свою власть над мужчинами, и «сломанная кукла». У актрисы необычная пластика, она способна к таким трансформациям, что даже создается иллюзия, будто ей под силу одной актерской игрой менять свой рост и телосложение.

В этом спектакле очень выпукло проявляется дьявольское обаяние актера Северского ТЮЗа Евгения Казакова. Его Паратов харизматичен, обаятелен и даже интеллигентен, но внутри у него чувствуется стальной стержень, когда он, вступаясь за «образцов грубости и невежества» бурлаков, произносит: «Я сам такой же бурлак», веришь, что он действительно, скорее, бурлак, чем барин.

Карандышев в исполнении Антона Антонова этакий хипстер, но на самом деле представитель этой же купеческой стаи. Он отличается от всех остальных только количеством денег, и именно поэтому ему так обидно и непонятно, что его не «записывают» в свои. В спектакле подчеркнут момент пробуждения в нем зверя – слуга Иван как добрая сострадающая мать укутывает, запеленывает страдающего Карандышева, а затем, из этого кокона, словно бабочка, появляется совсем другой человек. Он бегает с пистолетом по сцене, беспорядочно палит в горожан, пытает Робинзона на дыбе, чтобы узнать, куда увезли Ларису. Впрочем, свою звериную сущность в финале проявляет каждый из претендентов на Огудалову - Паратов избивает ее, Кнуров насилует, Вожеватов избивает Робинзона, Кнуров и Вожеватов дерутся за Ларису. (В пересказе все это звучит дико, но в спектакле смотрится органично, поскольку оправдано эстетикой киножанра, заданной режиссером). В этом бестиарии нет места любви, потому что ни один из купцов не способен любить по-настоящему. Лариса же не способна быть вещью, поэтому и купить ее невозможно.

В финале спектакля Огарева – две жертвы. Точно такой же игрушкой как Лариса для купцов оказывается глупый и хамоватый актер Робинзон (Владислав Хрусталев). Избитые и униженные они рядом лежат на ночной набережной, и пуля Карандышева вполне могла бы угодить и в Робинзона.

Не могу не упомянуть еще о двух актерах этого спектакля. Роль музыканта Ильи исполняет Степан Пономарев – известный в Томске музыкант, аранжировщик, звукорежиссер и композитор. Живая скрипичная музыка в исполнении Пономарева, его удивительные виртуозные импровизации придают спектаклю дополнительный шарм.

Еще один актер и вовсе необычный – живой японский воробей. Птичка в клетке, которую повсюду демонстративно носит с собой Лариса – метафора несколько прямолинейная, но от этого не менее трогательная.

Наталья Бабенко
Блог «Театр в Томске», 9 мая 2014 г.




На главную
634050, г. Томск, пл. Ленина, 4.
Тел.: 906-837, 906-845
e-mail: drama@tomskdrama.ru
Yandex.Metrica